«Любишь кататься – люби и саночки возить», «Уменье и труд все перетрут», «Делу – время, а потехе – час»… Русская народная глупость и пресловутый «здравый смысл» веками утверждали рабочую этику в умах угнетенных. Воистину, господствующие идеи – это идеи господствующих.
Впрочем, и те, кто заявляют о себе, как о ниспровергателях существующих порядков, мало чем отличаются от правящих классов в своем отношении к работе. Самые умные, цитируя слова Маркса из «Немецкой Идеологии», провозглашают конец труда как всеобщую роботизацию производства. Таким образом, после революции первой задачей на повестке дня становится создание материальных предпосылок для перехода к коммунистическому строю. Рабочие как они есть недостаточно конкурентоспособны для рая. Ну, а пока рай не построен, нужно усердно работать на благо социалистического отечества.
Отрицание работы становится принципиальным элементом коммунистической теории только в наше время. Поколение Красного Мая было обречено на примитивную, абсурдную конвейерную трудовую жизнь, и потому не желало мириться со своей судьбой. Главными выразителями этих устремлений стали ситуационисты: «Тейлоризм нанёс смертельный удар по ментальности, которую тщательно поддерживал архаичный капитализм. Бесполезно надеяться хотя бы на карикатуру созидательности от работы на конвейере. Любовь к хорошо выполненной работе и вкус к карьере сегодня являются лишь несмываемой печатью поражения и самой тупой покорности» Р. Ванейгем «Революция повседневной жизни».
Авторы публикуемой статьи, французские теоретики либертарного коммунизма Жиль Дове и Карл Несич, продолжают исследование феномена принудительного труда там, где остановились ситуационисты. До сих пор, – пишут они, – господствовала рабочая идеология, стремившаяся установить власть трудового человека. Но означает ли это, что сами рабочие полностью разделяли эту идеологию? Нет, – утверждают авторы, – пролетарии никогда не хотели увековечить работу. Наоборот, на практике они всегда отрицали продуктивистский культ. В этом смысле, современная радикальная критика не изобретает ничего нового – она лишь объявляет во всеуслышание о том, что было неотъемлемым аспектом действительного коммунистического движения во все времена.
Мы не прославляем технократическое царство всеобщего безделья. Лентяй – лишь темная сторона трудоголика. Способность человека самому создавать историю – это не проблема. Проблема на самом деле состоит в том, что до сих пор он создавал историю Рода, Бога, Монеты, но никогда – свою собственную.
Continue reading «Жиль Дове, Карл Несич. Пролетарий и работа – история любви?»
