Социальная Революция

ЦЕНТРАЛЬНОМУ КОМИТЕТУ ПАРТИИ БОЛЬШЕВИКОВ

Я пришла к вам 6 июля для того, чтобы был у вас кто-нибудь из членов ЦК нашей партии, на ком вы могли бы сорвать злобу и кем могли бы компенсировать Германию (об этом я писала вам в письме от того же числа, переданном Аванесову в Большом театре).

Это были мои личные соображения, о которых я считала себя вправе говорить своему ЦК, предложив взять представительство на себя.

Я полагала, что мне удастся более, чем другим, загородить свою партию и тех «малых сих» – крестьян, рабочих, матросов и солдат, которые шли за ней.

Я была уверена, что, сгоряча расправившись со мною, вы испытали бы потом неприятные минуты, так как, что ни говори, а этот ваш акт был бы чудовищным, и вы, быть может, потом скорее опомнились и приобрели бы необходимое в то время хладнокровие.

Случайность ли, ваша ли воля или еще что, но вышло все не так, как я предлагала вам в письме от 6 июля. Пролилась невинная кровь Емельянова, Александровича и других, совсем уж «малых сих» (Емельянов до такой степени не участвовал ни в чем и ничего не знал, что был арестован Поповцами как член чрезвычайки и отведен в их штаб. Александрович в этот день только по Блюмкину догадался, что затевается акт против Мирбаха, и события завертели его раньше, чем он успел опомниться. Мы от него скрывали весь Мирбаховский акт, а другого ведь ничего и не готовилось. Он выполнял некоторые наши поручения, как партийный солдат, не зная их конспиративной сущности. О других расстрелянных и подавно нечего говорить). После этого смысл моего добровольного прихода к вам в моих глазах свелся почти к нулю. Все же, соблазняло использовать суд, как кафедру. Вы до того бесчестно клеветали на нас, до того вам хотелось обвинить нас в том, чего не было, до того неслыханно вопиюща и небывало подла и гнусна была ваша травля нашей партии, при полном удушении нашей печати, что нужно было, хотя бы и очень тяжелой ценой, ценой компромисса – участия в вашей лжи (признанием вашего суда), приобрести эту возможность гласной борьбы с вами. Continue reading «Мария Спиридонова. ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ЦК РКП(б)»

Метки: большевики, левые эсеры, Октябрьская революция

В исторической науке сделалось традиционным отождествление освободительного движения пролетариата лишь с одной из его частных разновидностей: с революционным движением, выступавшим под знаменем марксизма. Такое отождествление, однако, отнюдь не является полным, а потому сведение всей освободительной борьбы пролетариев только к марксистским движениям представляется вредным и ошибочным.

Борьба пролетариата за освобождение от власти капитала существовала задолго до Маркса, и именно эта борьба толкнула буржуазного демократа Маркса к коммунизму. Если марксистами были русские большевики, немецкие спартаковцы и итальянские левые коммунисты, то ими не были лионские ткачи, парижские коммунары, чикагские мученики, Индустриальные рабочие мира, Сакко и Ванцетти, что отнюдь не лишает их нашего уважения, а потому должно вызвать по крайней мере интерес, не стояла ли за немарксистскими убеждениями этих смелых пролетарских борцов хотя и не вся истина, но какая-то часть ее?

История – не нравоучительная пьеса, где правильная теория и правильная практика пребывают в ненарушимой гармонии. Верная теория иной раз ведет к бездействию, а великое действие рождается из великой ошибки. Колумб, исходя из неправильной теории, открыл Америку, те, кто имел позднее правильную теорию, Америку не открывали, ибо она уже была открыта, и, более того, неправильность старой теории стала известна лишь после огромного притока нового опыта, произошедшего после вызванного ошибкой открытия. Великий теоретик марксизма Богданов, правильно понявший, что победа мировой социалистической революции была невозможна в начале 20 века, в результате такого понимания отошел от политической деятельности; Ленин и Троцкий, ошибочно верившие в возможность социалистической революции, в результате возглавили буржуазную революцию, чрезвычайно ускорившую развитие человечества и тем самым сделавшую возможной революцию социалистическую.

Идеи и практика прошлых революционных движений не являются только музейными документами для докторов исторических наук. Они сохраняют свое жизненное значение (что далеко не всегда означает правильность), причем ход истории заставляет иной раз переоценивать старые идеи и за шелухой заблуждений находить зерна истины, а равным образом делает мертвыми некогда живые и грозные истины.

В представлении современных левых активистов революционное народничество, последними представителями которого были Союз социалистов-революционеров-максималистов (ССРМ) и Партия левых социалистов-революционеров (ПЛСР), имеет, в лучшем случае, значение морального примера, являясь, в то же время, по своим теоретическим и программным позициям, чем-то абсолютно устарелым и архаичным. Это – почтенное прошлое, которому нечего сказать современности. Оно неизвестно и забыто – прочно и (так, во всяком случае, кажется) навсегда… Continue reading «М. Инсаров. Эсеры-Максималисты в борьбе за новый мир»

Метки: история борьбы, классовая теория, левые эсеры, народничество, Октябрьская революция