Вопрос о принципе, который должен лечь в основу социалистической программы, как и построение самой программы, совершенно не интересовал первую конференцию с-р.м. Собравшись в такой момент, когда на лицо были и экономические и психологические предпосылки переворота, конференция все свое внимание обратила на вопрос о возможности социалистического переворота. В этом и усмотрела конференция сущность максимализма. Теперь уж ясно, в чем ошибка такого воззрения. Если стоять на той точке зрения, что сущность максимализма заключается в возможности социализации власти, земли и фабрик, то теперь, когда никакой социализации мыслить невозможно, ибо нет для этого той революционной атмосферы, которая была в конце 1905 г., в 1906 г. и в начале 1907 г., той атмосферы, наличность которой является sine qua non возможности переведения субъективных предпосылок из состояния потенциального, из состояния покоя в состояние кинетическое — теперь с этой точки зрения не может быть места никакому максимализму, никакой максималистской организации. И в настоящий момент невозможно говорить об отсутствии предпосылок для социальной революции. Они существуют, но в потенции. Чтобы возможно было говорить о немедленной их реализации, необходимо какое либо сильное потрясение в стране: война, голод, выдающийся по своему значению террористический акт, финансовое банкротство государства, выступление какой-либо части организованного пролетариата. Все это может послужить толчком, началом народной массовой революции, при которой все скрытое выходит наружу, при которой ясно формулируются и реализуются желания и стремления народные, до революции запрятанные в глубинах народного духа, при которой благодаря наличности так называемых объективно-экономических предпосылок возможно осуществить социалистический строй действующими, находящимися в движении, пробудившимися субъективно – психологическими силами. Мы можем и должны говорить о максимализме независимо от революционного периода, в течение которого он может быть реализован; и поэтому необходимо его сущность усматривать в троякого рода принципах: принципы, на которых конструируется социалистическая программа, и принципы тактики и организации. Continue reading “О принципах Максимализма \ Григорий Нестроев”
Dec 21 2010
О принципах Максимализма \ Григорий Нестроев
Sep 15 2010
Жанна д`Арк из сибирских колодниц
Из каторги и тюрем через германский эшафот и кровавые застенки гетмана Скоропадского, несла она красное знамя Социалистической революции, знамя труда и, сидя теперь в коммунистической тюрьме, – она продолжает служить этому красному знамени. Идя на эшафот со связанными руками и мысленно прощаясь с жизнью, Каховская думала только о революции, только о счастье рабочих и крестьян, которым она служила всю жизнь, и готовилась послужить своей смертью на эшафоте+ Но смерть пощадила ее, чтобы всю чашу страданий и человеческого горя она выпила до конца. (Ирина Каховская в большевистской тюрьме // Вольная Трибуна. (Благовещенск). 1922. 5. С. 3).
На старом кладбище в Малоярославце есть могила забытой легендарной партизанки. Если бы она совершила свой подвиг в годы Великой Отечественной войны, её наверняка бы представили к званию Героя Советского Союза. Вместо этого организатор убийства командующего оккупационными войсками на Украине в 1918 г. была «награждена» десятилетиями ссылок и лагерей.
Девяносто лет тому назад в Москве собрался Всероссийский съезд одной из самой массовой в 1917 г. политической партии – социалистов-революционеров. На утреннем заседании 31 мая председательствующий произнес: «Товарищи, я считаю нужным известить вас, что в ваших рядах находятся светлые, героические личности: М.А. Спиридонова, А.А. Биценко, Н.А. Терентьева, И.К. Каховская… Товарищи, я думаю, что я явлюсь выразителем чувства всего съезда, если приглашу наших дорогих товарищей, явившихся с Востока, из Сибири, с каторги, принять участие в наших рядах, в рядах товарищей, вырабатывающих новую Россию, и присутствовать здесь вместе с президиумом. (Шумные и продолжительные аплодисменты, переходящие в овацию)»… Continue reading “Жанна д`Арк из сибирских колодниц”
Aug 28 2010
Уфимское дело (1937 год)
Предисловие
Мы публикуем воспоминания Ирины Каховской – единственной из видных деятелей Партии левых социалистов-революционеров, кто пережил сталинский террор.
Ирина Каховская вступила в революционное движение еще в юности, в 1904г. Изначально большевичка, во время революции 1905г. она перешла в Союз социалистов-революционеров-максималистов, за деятельность в рядах которого была направлена на каторгу, где и находилась до Февральской революции.
После февраля 1917г. она действовала как активист левого, интернационалистского крыла эсеров,участвовавшего в Октябрьской революции и создавшего в ноябре 1917г. ПЛСР.
Именно она по поручению ПЛСР организовала убийство командующего немецкими оккупационными войсками на Украине фельдмаршала Эйхгорна, осуществленное 30 июля 1918г. левым эсером Борисом Донским. Донского после этого казнили, а казнь Каховской затянулась из-за бюрократических проволочек до ноября 1918г., когда рабочая революция в Германии и рабоче-крестьянская революция на Украине открыли перед ней двери тюрьмы.
На свободе она продолжала борьбу в рядах ПЛСР – борьбу на два фронта – и против белогвардейской контрреволюции, и против новой, вырастающей на руинах революции госкапиталистической тирании. Как последовательный борец за Советскую власть против партийной диктатуры она, вместе со своими товарищами, была направляема последней в тюрьмы и ссылки. Так продолжалось до 1937года…
Ее рассказ о следствии и “суде”, написанный ею в конце жизни, в конце 1950-х годов, не нуждается в комментариях. Он – о неимоверной подлости и жестокости сталинского режима. Он – о героизме и несломленности людей, на чьем нравственном примере, на чьих подвигах и ошибках должны учиться новые поколения революционных борцов…
Jun 18 2010
Из дневника максималиста \ Григорий Нестроев
МАКСИМУМ РЕВОЛЮЦИИ
Григорий Нестроев, мемуары которого мы выкладываем, неоднократно возвращался к одному отчётливому чувству, которое выражалось словами: «Я ненавидел насилие, деспотизм не только правительственный, но вообще, где бы он ни проявлялся. <…> Ненавидя насилие, я ненавидел и неравенство…» . Пережитое и продуманное этим человеком образуют органическое единство: тут теории плавно врастают в решительную кровь сердца, а оно, согревшись гневом и состраданием, вновь наполняет ум чёткими формулировками, убийственными для буржуазного господства. Впечатления, описываемые Нестроевым свежи и не замутнены псевдо-историческими толкованиями. Он практик, жадно вглядывающийся и вслушивающийся в живую страдающую жизнь народа, санитар, спешащий на помощь, а не бесстрастный искусник-анатом в покойницкой. Его наблюдения – сырой, но горячий материал революции.
В Нестроеве, а точнее, во всём типаже революционера-максималиста, представляется равновесие (нет, взаимное усиление, возгонка) цепкой аналитической мысли и жертвенного повстанческого этоса. Автор мемуаров простым осторожным (чтобы поняли, чтобы самому быть уверенным, что всё понял!) языком разъясняет максималистскую социально-экономическую программу, принципы антипарламентского прямого действия во всём его многообразии, разбирает вопрос о перспективах легальной и нелегальной политической работы. По всему выходит, что легализмом и парламентаризмом ничего не добьёшься толком – Нестроеву и его товарищам-максималистам это было ясно уже сто лет назад! Одновременно он пытается донести и сложное нравственное напряжение бойца, ведущего нешуточную войну с многократно сильнейшим противником: он нелицемерно сострадает погибающим, но уверен в неизбежности этих гибелей. Такой «сложности» (на самом деле вполне естественной для нравственно здорового человека) очень не достаёт современному революционному человеку, который слишком легкомысленно относится к своей и чужой жизни. Либо же трепещет в изнеженном пацифизме.
Как учебник по подпольной борьбе книга Нестроева уже мало годна: изменились и технические средства, и психологии нынешних работников государственного «сыска». А вот на своего рода «йогу» тогдашних революционеров мы можем смотреть с бодрой завистью, но не без надежды выработать в самих себе такие качества: чтоб и самим на душе было светло, осмысленно, покойно, и революции – страшная подмога. Continue reading “Из дневника максималиста \ Григорий Нестроев”
May 15 2010
Катехизис революционера
Отношение революционера к самому себе
§ 1. Революционер — человек обреченный. У него нет ни своих интересов, ни дел, ни чувств, ни привязанностей, ни собственности, ни даже имени. Все в нем поглощено единственным исключительным интересом, единою мыслью, единою страстью — революцией.
§ 2. Он в глубине своего существа, не на словах только, а на деле, разорвал всякую связь с гражданским порядком и со всем образованным миром, и со всеми законами, приличиями, общепринятыми условиями, нравственностью этого мира. Он для него — враг беспощадный, и если он продолжает жить в нем, то для того только, чтоб его вернее разрушить.
§ 3. Революционер презирает всякое доктринерство и отказался от мирной науки, предоставляя ее будущим поколениям. Он знает только одну науку, науку разрушения. Для этого и только для этого, он изучает теперь механику, физику, химию, пожалуй медицину. Для этого изучает он денно и нощно живую науку людей, характеров, положений и всех условий настоящего общественного строя, во всех возможных слоях. Цель же одна — наискорейшее и наивернейшее разрушение этого поганого строя.
§ 4. Он презирает общественное мнение. Он презирает и ненавидит во всех ея побуждениях и проявлениях нынешнюю общественную нравственность. Нравственно для него все, что способствует торжеству революции. Безнравственно и преступно все, что мешает ему.
§ 5. Революционер — человек обреченный. Беспощадный для государства и вообще для всего сословно-образованного общества, он и от них не должен ждать для себя никакой пощады. Между ними и им существует тайная или явная, но непрерывная и непримиримая война на жизнь и на смерть. Он каждый день должен быть готов к смерти. Он должен приучить себя выдерживать пытки. Continue reading “Катехизис революционера”
Oct 22 2009
Очерки истории революционного движения в России (1790 – 1890 годы)
Наша работа не представляет собой учебного пособия по истории русского революционного движения. Те вещи, которые автор считает актуальными для современного революционно-социалистического движения, рассмотрены в ней подробно, все остальное бегло упомянуто или не указано вовсе. Желающие восполнить имеющиеся пробелы, могут обратиться к содержащим фактическую информацию историческим исследованиям , которые можно найти в библиотеках.
Чтобы не писать два раза одно и то же, только разными словами, раздел о 1870-х годах и «Народной воле» был составлен из переработанной статьи автора «Софья Перовская и Андрей Желябов. К 125-летию 1-го марта», из которой был выброшен в первую очередь биографический материал о Перовской, Желябове и Михайлове, зато сделаны некоторые дополнения, в первую очередь глава «Агитация в рабочей среде».
Автор понимает, что теоретические взгляды Герцена, Чернышевского, Бакунина, Писарева, Ткачева и Михайловского заслуживают гораздо более подробного изложения. Однако подобная работа затянула бы дело на долгие месяцы. Пришлось ограничиться сжатым пересказом.
Автор не претендует на беспристрастность, с равным равнодушием описывающую и преступления угнетателей, и борьбу угнетенных. Все возможные мелкие ошибки и неточности объясняются тем обстоятельством, что книга писалась не ради научных лавров, а ради освобождения угнетенных классов, а потому – в спешке, когда была возможность… Continue reading “Очерки истории революционного движения в России (1790 – 1890 годы)”
Mar 09 2009
Эсеры-Максималисты в борьбе за новый мир
В исторической науке сделалось традиционным отождествление освободительного движения пролетариата лишь с одной из его частных разновидностей: с революционным движением, выступавшим под знаменем марксизма. Такое отождествление, однако, отнюдь не является полным, а потому сведение всей освободительной борьбы пролетариев только к марксистским движениям представляется вредным и ошибочным.
Борьба пролетариата за освобождение от власти капитала существовала задолго до Маркса, и именно эта борьба толкнула буржуазного демократа Маркса к коммунизму. Если марксистами были русские большевики, немецкие спартаковцы и итальянские левые коммунисты, то ими не были лионские ткачи, парижские коммунары, чикагские мученики, Индустриальные рабочие мира, Сакко и Ванцетти, что отнюдь не лишает их нашего уважения, а потому должно вызвать по крайней мере интерес, не стояла ли за немарксистскими убеждениями этих смелых пролетарских борцов хотя и не вся истина, но какая-то часть ее?
История – не нравоучительная пьеса, где правильная теория и правильная практика пребывают в ненарушимой гармонии. Верная теория иной раз ведет к бездействию, а великое действие рождается из великой ошибки. Колумб, исходя из неправильной теории, открыл Америку, те, кто имел позднее правильную теорию, Америку не открывали, ибо она уже была открыта, и, более того, неправильность старой теории стала известна лишь после огромного притока нового опыта, произошедшего после вызванного ошибкой открытия. Великий теоретик марксизма Богданов, правильно понявший, что победа мировой социалистической революции была невозможна в начале 20 века, в результате такого понимания отошел от политической деятельности; Ленин и Троцкий, ошибочно верившие в возможность социалистической революции, в результате возглавили буржуазную революцию, чрезвычайно ускорившую развитие человечества и тем самым сделавшую возможной революцию социалистическую.
Идеи и практика прошлых революционных движений не являются только музейными документами для докторов исторических наук. Они сохраняют свое жизненное значение (что далеко не всегда означает правильность), причем ход истории заставляет иной раз переоценивать старые идеи и за шелухой заблуждений находить зерна истины, а равным образом делает мертвыми некогда живые и грозные истины.
В представлении современных левых активистов революционное народничество, последними представителями которого были Союз социалистов-революционеров-максималистов (ССРМ) и Партия левых социалистов-революционеров (ПЛСР), имеет, в лучшем случае, значение морального примера, являясь, в то же время, по своим теоретическим и программным позициям, чем-то абсолютно устарелым и архаичным. Это – почтенное прошлое, которому нечего сказать современности. Оно неизвестно и забыто – прочно и (так, во всяком случае, кажется) навсегда… Continue reading “Эсеры-Максималисты в борьбе за новый мир”
Oct 09 2008
Софья Перовская и Андрей Желябов (К 125-летию 1-го марта)
…еще немного лет, быть может, и не лет, а месяцев, и станут их проклинать, и они будут согнаны со сцены, ошиканные, страмимые. Так что же, шикайте и страмите, гоните и проклинайте, вы получили от них пользу, этого для них довольно, и под шумом шиканья, под громом проклятий они сойдут со сцены, гордые и скромные, суровые и добрые, как были. И не останется их на сцене? – Нет. Как же будет без них? – Плохо. Но после них будет все-таки лучше, чем до них. И пройдут годы, и скажут люди: «После них стало лучше, но все-таки осталось плохо». И когда скажут это, значит, пришло время возродиться этому типу, и он возродится в более многочисленных людях, в лучших формах, потому что тогда всего хорошего будет больше и все хорошее будет лучше; и опять та же история в новом виде. И так пойдет до тех пор, пока люди не скажут: «ну, теперь нам хорошо», тогда уже не будет этого отдельного типа, потому что все люди будут этого типа, и с трудом будут понимать, как же это было время, когда он считался особенным типом, а не общею натурою всех людей.
Н. Чернышевский. Что делать?
России революционной противостояла Россия монархическая. Мечту о человеческом братстве, о социализме карала она «Уложением о наказаниях». На штыке часовых горели полночные звезды. В сумраке реяли соглядатаи, пузыри провокации взбулькивали, как на болоте. Машина сыска работала бесшумно, неустанно.
России монархической противостояла Россия революционная. Народовольцы сражались, терпели поражение, истекали кровью. Осененные виселицей, писали: «Наше дело не может заглохнуть… А вообще, пусть нас забывают, лишь бы само дело не заглохло»…
Ю. Давыдов. Глухая пора листопада.
Того правда победит, кто за нее на эшафот взойдет и самой смерти в глаза взглянуть не побоится.
М. Кулиш. Патетическая соната.
У врага на нас управа
Тюрьмы да решетки.
Но звенят мазуркой браво
Цепи и колодки.
Нас повесят? Что за дело!
Вытерпим мученье.
Мы умрем, как жили – смело,
Веря в час отмщенья.
И тюрьма танцоров сильных
Не удержит больше
Запоет мазурку ссыльных
Половина Польши.
Полетит она по краю,
Поведет отряды,
Запоют ее, шагая
Вновь на баррикады.
Л. Варынский. Кандальная мазурка.
В пам’ятi нашiй вiчно живуть
Тi, що йшли на тортури,
Республику нашу будують нову
Желябов, Перовська, Халтурин…
О. Соколовский.
Перовская. Выбор пути.
Софья Львовна Перовская родилась 1 сентября 1853г. Ее отец принадлежал к высшей аристократии, впрочем, не столь уж древней по происхождению. Перовские были младшей ветвью аристократического рода Разумовских, основатель которого, простой украинский крестьянский парень Алексей Розум за сто с небольшим лет до описываемых событий за певческие и иные качества приглянулся царице Елизавете, после чего из пастуха и певчего в церковном хоре стал мужем царицы и крупнейшим землевладельцем.
Continue reading “Софья Перовская и Андрей Желябов (К 125-летию 1-го марта)”
Jul 21 2008
Левые эсеры – борцы за Советскую власть и против государственного капитализма
В конце -1917г., когда стало ясно, что большевики и Ленин дело построения социализма предполагают осуществить посредством внедрения государственного капитализма, который, как им казалось, являлся единственным выходом из сложной политической и экономической ситуации, сложившейся после Октябрьской революции, ряд революционных социалистических течений, участвовавших в Октябрьской революции – левые эсеры, эсеры-максималисты и анархисты- перешли в оппозицию к большевистскому курсу. Наиболее сильной из этих организаций была Партия левых социалистов-революционеров (ПЛСР).
ПЛСР образовалась в конце 1917г. в результате откола левого крыла от Партии социалистов-революционеров (ПСР). ПСР возникла в 1902г. в результате объединения организаций, стоящих на позициях революционного народничества. В отличие от обеих фракций РСДРП она считала, что революция в России будет делом не только промышленного пролетариата, но всего трудового народа, т.е. рабочего класса, трудового крестьянства и трудовой интеллигенции. Продолжая традицию „Народной воли”, ПСР вела вооруженную борьбу против царского режима, уничтожая отличавшихся особым зверством чиновников самодержавия. Сегодня мы должны отдать дань великого уважения героям ПСР – таким, как Егор Сазонов, Иван Каляев, Алексей Ухтомский– кто, не страшась каторги и казни, шел на открытую борьбу с оружием в руках и кто погиб за освобождение угнетенного народа.
Continue reading “Левые эсеры – борцы за Советскую власть и против государственного капитализма”
Jul 06 2008
Актуальность революционно-народнической традиции
В отличие от марксизма и анархизма, русское революционное народничество 1850-1920-х годов не имело непосредственных продолжателей. Это стало одной из причин того, что его идейное наследие оказалось прочно забытым. В лучшем случае, симпатизировавшие ему люди ограничивали его значимость ролью героического морального примера, собственно же народническая теория считалась чем-то глубоко архаическим и не имеющим значения для современной борьбы за социальную революцию.
Такая оценка является ошибочной. Как осуществленный народниками анализ российского капитализма, так и народническое понимание социальной революции и ее движущих сил не представляют чисто исторического интереса, но сохраняют непосредственную актуальность для революционных социалистов современности.
Наш враг – русский и мировой капитализм – это тот же враг, с которым вели борьбу революционеры-народники. Современный русский капитализм воспроизвел все пороки традиционного русского капитализма. Как и 100 лет назад, из трудового народа России все жизненные соки высасывает двуглавый монстр самодержавной бюрократии и паразитической буржуазии. Именно революционеры-народники первыми в современной истории России вступили в смертный бой с этим двуглавым монстром, и они же первыми поняли его природу.
Революционеры – народники первыми не только в России, но и во всем мире проанализировали специфику периферийного, зависимого капитализма. Специфика эта состоит в решающей роли государства в процессе накопления капитала, в тесном сращивании и переплетении самодержавной бюрократии и буржуазии, в зависимости этой последней от самодержавного государства.
Как показали народники, капитализм не развивался в России „естественно”, из мелкотоварного производства, но насаждался сверху самодержавием, которое облагало крестьян непосильными налогами, буквально железной рукой загоняло их в рынок, а полученные за счет налоговой эксплуатации крестьян средства (кроме той их части, которую пожирало само) передавало буржуазии. Ведущий народовольческий теоретик Лев Тихомиров (впоследствии ставший ренегатом) писал в 1879г.:
«Наше государство – совсем не то, что государство европейское. Наше правительство – совсем не комитет от господствующих классов, как в Европе, а самостоятельная, для самой себя существующая организация, иерархическая, дисциплинированная ассоциация, которая держала бы народ в экономическом и политическом рабстве даже в том случае, если бы у нас не существовало никаких эксплуататорских классов. Наше государство владеет, как частный собственник, половиной русской территории; большая половина крестьян – арендаторы его земель; по духу нашего государства все население существует, главным образом, для него.
Continue reading “Актуальность революционно-народнической традиции”
Next Page »
